Неумывакин И.П. – Кедровое масло. Мифы и реальность . часть первая !!!

28 августа 2019

Не приходилось ли вам, дорогие мои читатели, теплым майским вечером, будучи на даче, устроиться на прогретой солнцем деревянной скамейке и тихо наблюдать, как в траве у ваших ног безмолвно копошится многочисленная жизнь? Мир в такой час упоен покоем, и на сердце светло и немного грустно, что вот еще один день уходит, хоть и был он полон добрых и нужных дел человеческих, и что нет такой силы, чтоб задержать его хоть на миг... А может, это и хорошо, что нельзя остановить время? Есть в этом какая-то истинная земная справедливость. И не для того так устроено, чтобы мы никогда не могли исправить свои ошибки, зачеркнуть слова, сказанные сгоряча, изменить поступки, совершенные в неведении или невежестве, а для того, чтобы человек всегда шел вперед. И если уж и оглядывался бы, то только для того, чтобы получить поддержку, зачерпнуть сил в том далеком далеке, которое осталось детством, юностью, молодостью. Там, где даже голодные— дети войны— мы были всегда почему-то полны лучших надежд, неколебимой веры в счастье и стремились к этому счастью изо всех своих детских невеликих сил, готовы были бежать к нему и в дождь, и в холод, и босиком. Мне иногда кажется, что мои ступни и теперь чувствуют каждый камушек на дорогах и тропинках той далекой поры.

Вот что интересно, чем более неустроена жизнь, тем тверже вера в лучшее, причем живет эта вера в лихое время как-то сама по себе — ни о чем таком человек обычно и не думает. И то правда, некогда думать, и потому в народе сказано: «Глаза боятся, а руки делают». За делами да заботами и не заметишь, что бояться уже нечего.

Другое дело, когда все вроде неплохо, и вдруг возникает некий сбой. Казалось бы, человеку есть на что опереться, не все в его жизни обрушилось, но почему-то именно в таких обстоятельствах многие опускают руки. И вот уже белый день за окном, который вовсе не погас от их личных невзгод, кажется им черным, и небольшое упорство, которое надо бы проявить, кажется им неподъемной ношей, и вместо веры в себя они начинают испытывать тягостную жалость к себе, а подчас — и едкое раздражение. А потом это негативное чувство как-то незаметно переносится на окружающих, именно в них начинают видеть причины своих невзгод, их начинают бранить (в лучшем случае — внутренне) за то, что они черствы, потому что не решили... чужие проблемы! Знакомая картина? 

Многим почему-то кажется заманчивой идея вверить свою судьбу в чужие руки. Не нужно напрягаться, прикладывать усилия, сознательно искать решение для различных возникающих в жизни вопросов. Можно позволить себе быть неорганизованным, пассивным, даже вялым, и искать от жизни лишь удовольствий. И думать, что при всем этом ты — свободен. Свобода — это завлекательное знамя заокеанских идеологов — становится сегодня притчей во языцех. О ней так много и так упоенно беседуют на всех телеканалах различных мастей политики, аналитики, обозреватели, а также народ, который хочет знать... Если речь заходит о том, что средства массовой информации, как переполненный гноем аппендикс, изливают нечистоты на зрелые и незрелые умы населения и что пора бы этому явлению поставить известный заслон, сразу возникает это сладкое слово «свобода» — как же свобода слова, свобода печати, свобода информации? И мне хочется задать вопрос: а чем определяется свобода? Многие как-то незаметно для себя забыли, что свобода может базироваться только на ответственности. Она не рождается в вакууме, не возникает в пространстве ниоткуда. У нее есть корни, как и плоды. Вот только плоды декларируемых сегодня свобод видны всем, а о корнях, о почве, на которой эти плоды произрастают, не думает никто. А ведь они могут быть ядовитыми, даже если выглядят привлекательно! Это как с радиацией — на зараженной земле плоды вырастают невероятно большие и красивые. А вы рискнете их есть? Чернобыль многих научил сомневаться, и прежде чем купить фрукты на рынке, люди теперь интересуются, где они выросли. А где выросли плоды безответственных свобод, почему-то не интересует никого.

Вы можете быть свободны от мыслей о здоровье. И жить беспечно. Корень этой свободы — желание вверится в чужие руки, не задумываясь при этом, что этими руками движет. Вам не придется бороться со своими слабостями, регламентировать свою жизнь, отказывать себе в соблазнительных суррогатных деликатесах, думать о завтрашнем дне. И вам действительно будет легко жить. Какое-то время. Точнее, пока чужим рукам, которым вы себя вверили, не надоест вас нести.

И вы можете быть свободны от мыслей о болезнях. При этом заботы — тем более что жизнь вас в этом случае ждет долгая — вам обеспечены. Я могу точно сказать, что корень этой свободы — личная ответственность. Эта свобода не упадет на вас с неба, вам придется зарабатывать ее ценой собственных усилий и дисциплины. Зато она не будет зависеть от катаклизмов фармацевтического рынка, от политических потрясений, от плохой оснащенности поликлиник и больниц, от косности официальной медицины. Эта свобода, раз завоеванная, будет вашей всегда.

Даже эта книга — рассказ о действительно уникальном природном продукте, обладающем широким спектром целебных возможностей — может оказаться для вас «чужими руками», если выбрав пару-тройку подходящих рецептов, вы посчитаете, что получили свободу от болезней.

И эта же книга может оказаться для вас плодородной почвой. Вспахав ее своим вниманием, удобрив размышлением и доверив ей зернышко своей цели быть здоровым, прилежно ухаживая за ним под руководством внутренней дисциплины и поливая потом своего труда, вы сможете вырастить настоящую свободу — свободу здорового человека. Чего я вам и желаю.

ПАТРИАРХ СЕВЕРНЫХ ЛЕСОВ

С далекой старины сибирский кедр пользовался глубочайшим почтением. Как и собственно кедр, это дерево всегда было символом мощи и здоровья, устойчивости и долголетия. Так как основным ареалом распространения сибирского кедра, как это явствует из названия, является Сибирь, то и история дерева тесно сплетена с материальной и духовной культурой Урала и Сибири. Например, согласно эвенкийским преданиям, сибирский кедр является источником силы, красоты и благородства. В легендах и сказках нанайцев Приамурья говорится о том, что в сибирском кедре поселяются только добрые духи, потому что это — самое щедрое дерево. Казаки, пришедшие на Урал, величали кедровую сосну «сибирским великаном», а тобольские крестьяне— «заветным деревом». Для населения горной Шории она была «деревом-коро- вой» и «деревом-маткой». Для многих и сейчас сибирский кедр остается царем тайги, патриархом северных лесов, чудо-деревом.

Я вырос в Киргизии, где сказочно красива природа, особенно в Чуйской долине, обрамленной с севера и юга отрогами гор Тяньшаня. С ранней весны до поздней осени в горах цветет разнотравье, а склоны украшают дубовые рощи и чуть повыше — ели. От чистого воздуха и запаха трав кружится голова. В разговорах с лесниками я не раз слышал, что по долгожительству, ценности древесины

и плодов кедру нет равных. Мечталось побывать хоть раз в кедровой роще, тем более что орешков кедровых отведать уже доводилось.

Уже намного позже раздался у меня как-то телефонный звонок, и Юрий Сахарнов, один из ведущих энергетиков страны, предложил мне побывать в Сибири. Спрашиваю, что, мол, кроется за этим предложением? Оказывается, на Богучанской ГЭС, что строится на Ангаре, сложная ситуация: рабочим не выплачивают зарплату, и они перестали работать, а надвигается зима, и это чревато серьезными последствиями для плотины. «Что же я могу сделать?» — удивляюсь. Объясняет: «Нужно совместными усилиями как-то повернуть ситуацию в лучшую сторону. Вы со своими сотрудниками поработаете в семьях рабочих и постараетесь снять нервно-психическое напряжение. Своего представителя на плотину направит и Патриарх всея Руси Алексий II, для ее освящения. Мы же постараемся изыскать возможность выплатить заработную плату рабочим. Таким образом попробуем выйти из сложившейся ситуации».

Уже через несколько дней мы были в Кодинске, где с полной нагрузкой проработали по пять дней в неделю около месяца. Руководство плотины создало нам все условия для отдыха— на настоящей сибирской заимке, расположенной в кедровой роще. Да какая там роща! Это целый кедровый край, еще неизведанный до конца и к тому же таящий в своих недрах богатство России.

Дело было в сентябре, когда таежная осень переходит в зиму. Летишь, бывало, на вертолете над тайгой и далеко вокруг себя видишь смену цвета — от зеленого к золотисто-багряному. Неописуемая красота! А видели вы когда-нибудь хариуса, величиной с хорошего поросенка, лениво поводящего хвостом и, кажется, глядящего вам прямо в глаза, перед тем как схватить крючок без наживки? Или голубику и смородину величиной с хорошую вишню? И все это среди исполинских кедров, макушек которых не увидать, даже высоко запрокинув голову. Времени у нас было немного, и для добывания шишек нам выделили вездеход, который особым способом, чтобы не повредить кору дерева, тряс эту махину, а нам оставалось только собирать да обрабатывать шишки. Если встать, прислонившись, возле кедра, сразу невольно ощущаешь, какая энергия исходит от дерева. Старожилы говорят, что кедр звенит от ее мощи, и силу эту действительно ощущаешь еще несколько дней.

И добрый мешок орехов, и крупные шишки, и деревянные кедровые плашечки долго еще напоминали мне эту сказочную поездку. Мы, правда, тоже подивили народ. Хоть в Кодинске и есть больница, даже для врачей было в новинку видеть результаты нашей работы как народных целителей.

И все-таки, оглядываясь назад и вспоминая Богучанскую ГЭС, невольно задаюсь вопросом: насколько же цивилизация идет вопреки законам Природы, разрушает ее. Конечно, электроэнергия необходима, но ведь только на Ангаре построено уже три ГЭС (кроме Богучанской!), и вместе с их появлением пришли и неисчислимые потери для Природы, для людей. Затоплены тысячи километров пахотных земель, кормивших всю Западную Сибирь, лесов, в том числе и кедровых, губится благородная ценная рыба, люди принудительно лишаются родовых мест, своей родины (помните трагическое «Прощание с Матерой» Валентина Распутина?), отравлена некогда чистейшая ангарская (как и байкальская) вода, и список этот не закончен. А главное: построенные на Ангаре ГЭС энергии дают больше, чем мы пока можем использовать, а чтобы как-то окупить затраты, ее за копейки направляют в Китай, где она приносит уже колоссальный доход. Невольно просится сравнение: почему же мы при всем своем великом природном богатстве так бедны, а Китай становится все более могучей в экономическом отношении державой?

И пока чисты еще многие сибирские реки и девственны леса этого удивительного края, а в глаза человеку продолжают доверчиво смотреть и рыбы, и звери, захотелось мне будто бы вновь повидаться с кедром — рассказать о нем, надеясь, что не исчезнет он с лица земли от безумного эгоистического потребительства, а будет жить и приносить всему живому радость и здоровье.

Представления о сибирском кедре как о самом щедром дереве неслучайны, ведь кроме отличной древесины, оно источник неоценимого природного богатства — кедровых орешков, которые, как известно, помимо исключительных питательных качеств, несут в себе целый кладезь витаминов и целебных веществ. Из кедровых орешков уже в старину умели делать изумительное по своим свойствам масло. В народе и поныне сохранились «кедровые» рецепты чудодейственного исцеления от различных хворей. Сегодня они подтверждены наукой.

Сибирским кедром, точнее кедровой сосной, называют деревья, произрастающие в хвойно-таежной зоне северной части Евразии, Китае, Японии, Северной Корее, Монголии, а также в Северной Америке. Общая площадь лесов, образуемых этими деревьями, составляет 120 млн га. Известны следующие виды — кедровая сосна сибирская (сибирский кедр), кедровая сосна европейская, кедровая сосна корейская, кедровый стланик, шелкоцвет в Японии, в Китае — сосна Арманда, в Северной Америке — сосна белоствольная и сосна кедровая калифорнийская. На территории Российской Федерации в основном распространены три вида сосны кедровой, это так называемый кедр сибирский, кедровый стланик и кедр корейский (или маньчжурский).

Кедровая сосна, в отличие от собственно кедра из рода вечнозеленых деревьев семейства сосновых, произрастающих В Северной Африке, на побережье Средиземного моря (ливанский кедр), и в Южной Азии (гималайские и атласский кедры), дает съедобные семена, известные под названием кедровых орешков. Кедры не дают съедобных семян, хотя по своей треугольной форме их небольшие семена похожи на орешки кедровой сосны.

Леса, где растет кедровая сосна, называют кедровниками или кедрачами. Это особый таежный мир. Из-за густых, плотных крон деревьев в таком лесу довольно темно, а пушистые ветви великанов и молодой поросли придают лесному полумраку таинственное очарование. Русский писатель Дмитрий Мамин-Сибиряк, восхищаясь сибирскими кедрами, сравнивал их с «боярами в бархатных шубах». И зимой, и летом в кедровом лесу свой микроклимат. Это своеобразная фабрика кислорода, насыщенного отрицательными ионами и фитоцидами, идеальная среда для здорового отдыха человека. Под пологом такого леса в 1 м3 воздуха в среднем всего 200-300 микробных клеток, так как фитонциды кедра обладают выраженным антимикробным действием по отношению к бактериям. Воздух кедрового леса можно считать практически стерильным, так как по медицинским нормам даже для операционных помещений допускается наличие 500- 1000 непатогенных микробов.

В настоящее время кедровники, имеющие высокие декоративные качества, создаются и искусственно. Могучие раскидистые кедры делают ландшафты более живописными, а во время так называемого цветения, по мнению очевидцев, просто сказочными. Вот как описывает это явление лесовод Игнатенко: «Среди мягкой, как шелк, пушистой темно-зеленой хвои яркой россыпью малинового цвета разбросаны мужские “соцветия”, образуя причудливые, фантастические узоры. В это время играющий красками кедр создает неповторимый по красоте колорит из гаммы цветов: зеленого (хвоя), красного (“соцветия”) и фиолетового (шишки). Недаром, любуясь сибирским исполином, советский писатель Владимир Чивилихин утверждал, что кедр стоит разводить в наших садах и парках даже из-за того, чтобы раз в год увидеть такую буйноспокойную, противоположно-единую красоту».

Сегодня на рынках, сельскохозяйственных ярмарках или в питомниках, где продают саженцы различных деревьев для садоводов, уже нередко можно встретить молодые деревца сибирского кедра. Они удивительно красивы— небольшие, но невероятно пушистые саженцы с красивыми светло-зелеными и очень длинными иголочками хвои. В конце книги я уделю внимание тому, как ухаживать за саженцами кедровых сосенок на своем участке. Поистине, это хорошая идея — развести у себя такое замечательное растение.

В народе сибирский кедр всегда с любовью называли кормильцем, целителем. Жители Урала, Сибири, европейского Севера испокон веков ценили и оберегали это дерево. В древнем Новгороде из кедра делали ковши для питья, кадушки, ушаты и другие предметы обихода, считалось, что сохраненные продукты и напитки в кедровых емкостях приобретали живительную силу и удлиняли жизнь.

Царь Петр I использовал кедр в судостроительстве для внутренней отделки кораблей (хотя цена одного бревна кедра составляла 1 рубль, а сосны — 6-7 копеек.)

Сибирский кедр для отделки своих жилищ издавна использовали жители Предуралья, значительная толщина дерева позволяла получать широкие доски. Во многих городах Урала и Сибири сохранились здания, украшенные деревянными «кружевами», вырезанными из кедровых досок. В одном из храмов Тобольска из кедровой сосны сооружен иконостас.

Древесина кедра имеет характерный бальзамический запах, плотная, приятного розового цвета, с красивой текстурой. Из-за однородного строения она прекрасно поддается обработке: колется, строгается, полируется, высыхает без растрескивания. Изделия и строения из кедровой древесины долговечны, ее и теперь используют мастера художественной резьбы по дереву, из нее изготавливают мебель, скульптуры, карандаши, чертежные доски. Помешенный в шкафу небольшой кусочек дерева отпугивает моль. В посуде, изготовленной из кедровой древесины, долго не скисает молоко.

Из кедра делают резонансные доски для музыкальных инструментов, арфы, рояли, гитары, потому что древесина его обладает замечательными резонансными свойствами.

Между прочим, еще в конце прошлого века о хороших резонансных свойствах кедра знали далеко не все. И ловкие торговцы использовали это в свою пользу. Так, немецкие фирмы, покупающие у сибирских маслоделов масло, ставили перед ними условие, чтобы экспортировалось оно только в таре из кедра, причем толщина кедровых досочек должна была быть увеличена по меньшей мере вдвое. Такое странное требование было разгадано не сразу. Между тем секрет оказался прост: в Германии бочки из-под сибирского масла с большой осторожностью разбивались, и тарные дощечки направлялись на фабрики музыкальных инструментов. На такой «золотой» таре хитроумные коммерсанты зарабатывали не меньше, чем на масле.

Высоко ценились в России и за рубежом кедровые сундуки. Они даже являлись неотъемлемой частью дохода Государства Российского. Большие поставки мебели и сундуков шли с Урала и Сибири в Индию, Китай, Амстердам, а оттуда расходились по всему свету. В кедровых сундуках надежно хранились шерстяные вещи, что объясняется высоким содержанием в древесине кедра фитонцидов. Кстати, о том, что кедр считался государственным достоянием, весьма красноречиво говорят охранные мероприятия, предпринимаемые властями при заготовке кедровой древесины. При заводах, делающих сундуки, состоял государственный служащий, который строго следил, чтобы для изготовления сундуков и мебели был использован только сухостойный и упавший ствол. Древесина утратившего способность к дальнейшему плодоношению и превратившегося в сухостой дерева не теряет своих технических качеств и может служить для изготовления любых изделий в течение нескольких лет. Служащий выходил на отборку древесины в леса и ставил специальные метки на определенном квадрате, а после доставки леса на завод скрупулезно проверял наличие данных меток. Если стволы не были помечены, на хозяев налагался огромный штраф, а работники шли в казематы или подвергались другим наказаниям, иногда даже смерти.

Вообще освоение и изучение сибирских лесов, как источника государственного дохода, чиновники канцелярий старались держать под контролем. Путешественникам, исследователям и переселенцам сибирские места были интересны, прежде всего, как богатые соболиные угодья и источник получения ценного пищевого продукта — кедровых орешков. После присоединения Сибири к России первые поселения русских создавались именно у кедровников, растущих по берегам рек. Сибирскими жителями было давно замечено, что гибель кедровников влечет за собой упадок соболиного промысла. Мех же соболиный наряду с другой пушниной («мягкой рухлядью») в Древней Руси длительное время заменял денежные знаки и являлся основной статьей дохода царской казны. Оскудение соболиного лова и вызвало первые государственные указы по сохранению лесных богатств, и в первую очередь кедровников. В известном царском, Алексея Михайловича, «Уложении» 1649 года уже содержится несколько пунктов по охране природы. В 1656 году были объявлены заповедными соболиные угодья по многим рекам Северного Зауралья, а в 1683 году подписан указ, запрещавший под страхом смертной казни жечь кедровые леса, «где производится соболиный лов».

В 1755 году, 25 августа, Тобольской губернской канцелярией было издано распоряжение, в котором сибирским новоселам предписывалось: «Чтобы в хоромное и всякое строение лесу, особливо матерого кедровника, напрасно и тщетно для малых своих бездельных корыстей, кроме суще законных надобностей и нужд, отнюдь не опустошали и не рубили, а потребные с тех кедров орешки и шишки обирали и не подрубали бы не только всего дерева, но и сучья берегли».

Позднее, однако, кедровый промысел достиг такого невероятного размаха, что сибирским кедровникам был нанесен практически непоправимый урон, который не смогли уже покрыть даже мероприятия по искусственному насаждению. Варварство проявляло себя во всей чудовищной «красе» главным образом при сборе кедровых орехов. Вот что рассказывал об этом в середине XIX века лесничий Томского и Салаирского заводов, выпускник Санкт-Петербургского лесного института А. Б. Коптев: «Шишки кедра располагаются преимущественно на верхних ветвях дерева, почему при сборе шишек промышленники встречают большие затруднения и часто, если нет между промышленниками хороших лазалыциков, срубают целые деревья, чтобы набрать несколько десятков шишек».

Между прочим, знающие люди давно заметили, что растения вовсе не безропотно переносят насилие человека. Например, сбор кедровых шишек избиением деревьев огромными колотушками (в лучшем случае), что практикуется и сейчас (кедровый промысел в Приморье в последние годы принял масштаб бедствия — по сводкам

МВД одного только Сычуанского района, за 1997- 1998 годы более трех миллионов тонн очищенного ореха и цельных шишек было незаконно вывезено в Китай после грабительского опустошения кедровников не обремененными совестью промысловиками). Так вот, кедры-исполины мстят людям за жестокое к себе отношение, о чем рассказывает в интервью «Российской газете» О. Савельев — знаток русского леса, заведующий лабораторией лесоводства Московской сельскохозяйственной академии имени К. А. Тимирязева. От ударов колотушками, говорит он, дерево не только «плачет» — разрушается основа основ его защитных функций — кора, подкорные ткани. Старые сибирские охотники и таежные собиратели хорошо знают, что за такое массовое избиение кедрачи мстят людям не только градом отточенных как стрелы сухих иголок. Урожай кедровых орехов с «избитых» деревьев никогда не будет щедрым, да и масла кедрового из таких орехов много не добудешь...

Целительным свойствам сибирского кедра много внимания в своих трудах уделил академик Петербургской Академии наук, естествоиспытатель Петр Симон Паллас. Он много путешествовал по стране, изучая флору и фауну. В сибирских экспедициях 1792 года им были собраны богатейшие материалы, в том числе сведения о кедре. Академик отмечал, что плоды кедра сибирского восстанавливают мужскую силу и возвращают человеку молодость, значительно увеличивают сопротивляемость организма различным заболеваниям.

Из кедровых орешков уже в глубокую старину получали ценнейшее растительное масло, которое кроме питательных свойств имеет ряд целебных свойств. Приготовленное из кедровых орешков «постное кедровое молочко» применялось для лечения туберкулеза легких, заболеваний почек, нервных расстройств. Известный российский историк и государственный деятель В. Н. Татищев в 1744 году в своих заметках писал о «множестве заготовляемых кедровых орехов» и отмечал, что «из оных делают масло, в пищу употребляемое». А по оценке знаменитого путешественника и натуралиста И. И. Лепехина, побывавшего в 1771 году на Урале, «кедровое масло никакому маслу своим вкусом не уступало».

Во второй половине XIX века кедровое масло можно было купить практически на всех многочисленных ярмарках Сибири. Вырабатывалось оно в домашних условиях или на довольно примитивных кустарных установках. И, к слову, целебные свойства масла, сделанного такими способами, намного превышают свойства масла заводского. Вот как описывает изготовление кедрового масла Г. Колмогоров в своем «Очерке лесов и лесных промыслов» (1856): «Масло из орехов крестьяне бьют в грубых и простых маслобойках, как конопляное или маковое, и употребляют его для себя, а также продают в город от 3 до 4 рублей за 1 пуд». Далее этот автор отмечает: «Пряники и оладьи на кедровом масле — отменного вкуса».

Кедровой живицей лечили раны и нарывы, простуду и туберкулез. Одной из составных частей живицы — смолянистого вещества терпентина — является скипидар, в который входят еще смолянистые кислоты. Первый терпентин из живицы кедровой сосны был получен на Урале только в годы Великой Отечественной войны. Свойства сибирского кедрового терпентина оказались на порядок выше к тому времени известных (отсутствие склонности к кристаллизации и резко раздражающего действия).

Хочется привести слова, написанные о кедре почти двести лет назад, в 1818 году, современником А. С. Пушкина, краеведом и натуралистом, чиновником Тобольской губернской канцелярии В. Дмитриевым в статье о сибирском кедре: «Славьтесь, места, любимые солнцем, гордитесь, высоты ливанские, своими кедрами; не видя вас в моем отечестве на матерой земле, России принадлежащей, не смею и величать вас, но зато в глазах моих тенистый кедр богатой Сибири не уступит вам в красотах своих и мне вас заменит. Какое величество в осанке сего дерева, какая священная тень в густоте лесов его!.. Кедровые леса Сибири многозначительны для самых разных выгод государства, для внутренней, а может быть, и внешней торговли».

С середины XX века древесина сибирского кедра заготавливалась в таких больших количествах, что в настоящее время кедровые лесные ресурсы значительно уменьшились.

Любопытно заметить, что позывными первого космонавта планеты Ю. А. Гагарина были слова: «Я — Кедр», поэтому в дни празднования 25-летнего юбилея полета Юрия Алексеевича в космос на его родине были посажены сибирские кедры: в городе Гагарине при создании мемориального парка заложена аллея из 25 кедров. А еще ранее, в 1976 году, по просьбе заместителя начальника Центра подготовки космонавтов А. А. Леонова, сибиряками была посажена кедровая аллея в Звездном городке.

С точки зрения ботаники, кедровая сосна сибирская — это вечнозеленое дерево высотой 35-40 м, в диаметре достигает 1,5-2 м. Его латинское название — Pinus sibirica. Плодоносящей является лишь верхняя часть кроны протяженностью 1-1,5 м (редко 2 м). Растет сибирский кедр медленно, живет 300-550 лет, некоторые деревья — до 500-800 лет в сомкнутых древостоях.

Дерево однодомное, то есть женские шишечки и мужские колоски растут на одном дереве. Обычно шишечки находятся на более толстых ветвях и преимущественно в верхней части кроны, а мужские колоски вишнево-красного цвета — на нижних частях. В средней части кроны располагаются и шишечки, и колоски.

Так называемое цветение обычно приходится на июнь, но и цветение, и опыление, и оплодотворение, и сроки созревания шишек и их опадания существенно зависят от условий местности произрастания, климатических условий.

Опыление происходит в июне, оплодотворение — через 11-12 месяцев после опыления. Пыльца имеет воздушные мешки, поэтому с помощью ветра разлетается далеко. Количество пыльцы так велико, что по массе почти равно урожаю семян. Кедровую пыльцу ветер заносит на ручьи, озера, и здесь она — ценное питание для вскармливания рыбьих мальков. При поздних весенних заморозках у дерева часто повреждаются цветочные колоски, и это сказывается на плодородии деревьев.

Семена после цветения созревают на второй год. Плодоносит 1 раз в два года, но хорошие урожаи бывают раз в 4-5 лет, а отличные раз в 10-15 лет. В кедровниках северных районов шишки созревают значительно позднее. Таежные кедровники Урала начинают давать крупный промысловый урожай не раньше чем через 100 лет с момента посадки. Урожай кедровых орешков в среднем колеблется от 150-170 до 220-250 кг на гектар леса. В заболоченных местах он намного ниже — 50- 70 кг, а на сфагновых болотах — до 10-20 кг на гектар. Зато на хороших почвах при достаточном количестве света в урожайные годы в кедровых насаждениях собирают по 400-650 кг орешков с гектара, а иногда и до 1000 кг! Местные жители в припоселковых кедровниках знают и оберегают высокоплодоносящие «богатые» кедры и обычно долгие годы помнят о таких деревьях, погибших от молнии или пожара, как о живых существах. Величина урожаев семян кедра зависит от многих причин: прежде всего от лесорастительных условий, погодных условий в период опыления, оплодотворения и созревания семян, породного, типологического и возрастного состава древостоев, сомкнутости крон, санитарного состояния деревьев.

Цикличность семеношения определяется одиннадцатилетним периодом солнечной активности, во многом влияющим на погодные условия, и накладывающимися на нее сроками накопления деревьями необходимого для семеношения запаса питательных веществ. Разные варианты этого наложения создают пеструю и географически неоднородную картину периодичности семеношения кедра.

Семеношение у свободностоящих деревьев кедра и в рединах начинается с 25^0 лет, одиночные шишки могут появляться и раньше. В древостоях сомкнутостью 0,4-0,5 оно начинается в 50-80 лет, при сомкнутости крон 0,7-0,8 — в 70-100 лет. В Приленье семеношение кедра начинается на 30-40 лет позднее, чем на Хамар-Дабане и Восточном Саяне.

Усиленное семеношение продолжается у кедра со 160 до 260 лет, после чего постепенно затухает. Древостой в возрасте 400-500 лет дает промышленные урожаи семян только при хорошем их санитарном состоянии, что бывает редко.

Ствол у сибирского кедра прямой, ровный. Кора на молодых стволах пепельно-серебристая серо-зеленая, в дальнейшем коричневая, буро-бородавчатая, на очень старых деревьях буро-морщинистая, толстая кора. Крона у молодого дерева остро пирамидальная, у взрослых широко раскидистая, часто многовершинная. Верхние ветки канделябровидные, приподнятые вверх. Молодые побеги желтоватые и покрыты длинными рыжими волосками. Хвоя на ветках собрана в пучки по 5 хвоинок, они и придают кедру пушистость. Отмирание хвои происходит постепенно, при этом пучок теряет 1-2 хвоинки, а остальные остаются зелеными. Меняется хвоя через 3-7 лет, некоторые хвоинки зеленеют и 9-10 лет. Длина хвоинок 60-140 мм, ширина примерно 0,8-1,2 мм. Они имеют трехгранную форму, три смоляных хода и слегка как бы зазубрены. Почки остроконечные, несмолистые, их закрывают красно-бурые чешуйки, длина почек от 6 до 10 мм.

Шишки (зрелые) — светло-бурого цвета, яйцевидной формы (у других видов бывают цилиндрические, удлиненно-яйцевидные). Длина шишки 6-13 см, ширина — 5-8 см. Каждая шишка содержит от 30 до 140 коричневых семян. На ветках кедра образуется по 1-5 шишек, иногда до 10. В урожайные годы на дереве бывает до 80-100 шишек, очень редко до 140. Но обычно в такие годы не более 15-30 шишек в среднем на одно дерево. В кедровых рединах в урожайные годы бывает до 200 и даже 300 шишек на дереве. В кедровых садах при уходе за деревьями находили даже до 1500 шишек на одном дереве. Но в среднем их почти в 8-10 раз меньше.

Семена кедра — это его орешки. Именно орешки, а не орехи, так как последние образуются у цветковых растений, а кедр цветка не имеет. Как говорят ботаники, морфологически и по внешнему виду, а также по использованию семена кедра похожи на семена плодов типа орехов. Поэтому люди именуют кедровые семена орехами, что нередко встречается и в научной литературе. Некоторые ботаники относят кедр к орехоплодным растениям. С ботанической точки зрения это представляет собой грубую ошибку. Кедровые орешки темно-ко- ричневые, с твердой кожурой, обычно 7-14 мм в длину и 6-9 мм в ширину.

За красоту и величие, многообразную пользу в народном хозяйстве сибирский кедр введен в культуру. Он украшает парки Москвы, Санкт-Петербурга и других городов. Под Ярославлем, например, находится Толгская кедровая роща, посаженная еще в XVI веке. Самой старой кедровой рощей на Урале является Верхотурская.

Лесоводами выделены скороспелые крупношишечные высокоурожайные формы сибирского кедра. Для их разведения создаются плантации, на которых черенки, взятые от высокоурожайных растений, прививают на молодые сеянцы сосны обыкновенной. Гектар таких насаждений дает 500-600 кг, а в отдельных случаях— 1,5-2 т орехов.